Джо всегда умел продавать. Даже самый захудалый участок с покосившимся сараем он мог представить как жемчужину для ценителя тишины и уединения. Клиенты уходили от него с сияющими глазами и подписанными бумагами, а он получал очередную жирную комиссию. Жизнь казалась налаженной и предсказуемой.
В какой-то момент Джо устал от бесконечного шума города, от звонков в любое время суток и от людей, которые вечно чего-то хотят. Он купил скромный домик на отшибе, в тихой деревушке, где ближайший сосед был в добрых двухстах метрах. Наконец-то тишина. Наконец-то можно спать до обеда, пить кофе на крыльце и никуда не торопиться. Первые дни прошли именно так - спокойно и почти счастливо.
А потом появилась она. Старушка из соседнего дома, маленькая, сухонькая, с голосом, который пробивался даже сквозь закрытые окна. Каждое утро в семь пятнадцать она начинала кричать на своих кошек. Каждое утро. Без выходных. Кошек было штук семь, все блохастые, все наглые, и все они считали участок Джо своей законной территорией. Днём старуха поливала цветы и при этом громко ругалась на погоду, на почту, на правительство и на всё, что попадалось под руку. Вечером она включала старый телевизор на полную громкость и смотрела какие-то бесконечные сериалы про любовь и измены. Джо сначала терпел. Потом начал отвечать. Сначала про себя, потом вполголоса, а потом уже так, чтобы она услышала.
Они ненавидели друг друга с первого взгляда. Джо называл её в мыслях «ведьмой», она его - «нахальным городским выскочкой». Война началась с мелочей: то мусорный бак оказывался перевёрнут, то кошки начинали метить его крыльцо, то она «случайно» лила воду прямо на его машину. Джо отвечал тем же. Он подбрасывал ей под калитку пустые консервные банки, оставлял включённый на всю ночь садовый фонарь, направленный прямо в её спальню. Оба получали от этого странное, злорадное удовольствие.
Однажды ночью Джо решил, что с него хватит. Он долго думал, как избавиться от старухи тихо и без последствий. Никаких глупостей с топором или ядом - он не псих. Просто нужно сделать так, чтобы она исчезла. Может, напугать до смерти. Может, подстроить несчастный случай. Он даже начал рыть яму за сараем, в самом дальнем углу участка, где никто никогда не ходит. Земля была мягкая, работа шла легко. Джо почти радовался - наконец-то он сделает что-то настоящее, решительное.
Но на следующую ночь всё пошло не по плану. Он пришёл к яме с лопатой, а там уже стояла она. Старуха. В старом халате, с фонариком в руке и с таким спокойным, почти добрым выражением лица. Она посмотрела на свежевырытую яму, потом на Джо и сказала только одну фразу: «Маленький, ты уже третью за этот год копаешь. И всё без толку». Джо замер. Она говорила спокойно, без обычной истерики, будто они просто соседи, которые встретились у забора.
Оказалось, что старуха прекрасно знает, чем он занимался. И не только этим летом. Она жила здесь уже очень давно. Слишком давно. Люди вокруг сменялись, дома ветшали, дети вырастали и уезжали, а она оставалась. Всегда. Джо сначала не поверил. Потом начал вспоминать странные детали: старые фотографии в её доме, на которых она выглядела точно так же, как сейчас; соседи, которые говорили, что «эта бабка тут с незапамятных времён»; кошки, которые никогда не старели и не умирали.
Он так и не решился доделать яму. Лопата осталась лежать в траве, а Джо вернулся в дом. С того дня они больше не кричали друг на друга по утрам. Старуха по-прежнему поливала свои цветы и разговаривала с кошками, Джо по-прежнему пил кофе на крыльце. Иногда они перекидывались парой слов через забор. Ничего особенного. Просто «доброе утро» и «хорошего дня».
Джо больше не рыл ямы. А старуха, кажется, была этому даже немного рада.
Читать далее...
Всего отзывов
5