Николай Сергиенко, лейтенант из небольшого подмосковного отдела, даже не мечтал о командировке в Америку. А тут вдруг приказ: по программе обмена поехать на три месяца в полицейский участок Лос-Анджелеса.

Прилетел Коля, вышел из аэропорта в рубашке с коротким рукавом, хотя в Москве уже снег лежал, и сразу попал в чужой ритм. Коллеги-американцы сначала косились на русского с лёгким акцентом, а через неделю уже бегали за ним с вопросами.

За два месяца он закрыл три дела, от которых местные детективы годами отмахивались. Одно убийство в голливудских холмах, второе ограбление музея, третье исчезновение целой семьи. Всё решил по-русски: поговорил с дворниками, бабушками у подъезда и таксистами. Американцы только рты открывали.

Колю прозвали Русским Шерлоком, начальник отдела чуть ли не каждый день звонил в Москву с просьбой продлить командировку. Но срок закончился, и Николай улетел домой героем.

А на его место по той же программе прислали американца. Джон Бреннан, капитан из Лос-Анджелеса, высокий, улыбчивый, привыкший к солнцу, фастфуду и правилам, которые работают только на его родине.

Как только Джон вышел из самолёта в Шереметьево в ноябре, его встретил мороз минус двадцать и молчаливый водитель на старой Волге. Уже в машине Джон понял, что тут всё будет иначе.

В отделе его встретили настороженно. Русские полицейские смотрели на американца так, будто он приехал учить их жизни. А Джон действительно приехал с целой папкой новых методик, профайлинга и каких-то компьютерных программ.

Первое же дежурство показало пропасть. Вызов на драку в общежитии. Джон достал баллончик с перцовкой и громко кричал «Police! Stop!», а вокруг уже все махались стульями и бутылками. Через пять минут Джон сидел на полу с разбитой губой, а Коля, который случайно был рядом, всё уже разнял голыми руками и парой крепких слов.

С тех пор жизнь Джона пошла кувырком. Его заставляли пить чай с десятью ложками сахара, учили материться по-русски, отправляли в засады без бронежилетов и объясняли, что здесь свидетели говорят правду только после третьей рюмки.

Но чем дольше Джон жил в России, тем больше понимал: за внешней грубостью и хаосом скрывается своя логика и настоящая дружба. А ещё он начал подозревать, что кто-то специально подстраивает ему самые сложные и странные дела.

Постепенно американский коп, который прилетел учить, сам стал учиться выживать, дружить и раскрывать преступления так, как это делают только в России. И чем дальше, тем яснее становилось: домой он уже вернётся совсем другим человеком.